Откровения

Исповедь

Однажды, не выдержав давления суровой действительности, российский либерал решил обратиться к Богу. Отбросив все сомнения и предрассудки он пришел в местную церковь дабы исповедаться. И едва только дверь исповедальни закрылась, как страшные русофобные слова наполнили ее. Он рассказывал про пидорах, про невыносимую скотоублюдочность русского народа, иногда даже срываясь на визг. И, казалось, не будет конца этой брани, от которой содрогались стены храма, а иконы начинали кровоточить. Но вот либерал выдохся, и в исповедальне повисла тишина. И вот глубокий вздох и смиренный голос священника, наконец, прервали ее.

— Русофобны слова твои… - нахмурив брови произнес священник.

Страшно стало либералу! Ведь ужасные оскорбления нанес он богоспасаемому народу, да еще и перед лицом представителя бога на земле. И уж было бросился либерал бежать, опасаясь что тайна его исповеди будет нарушена, как священник спокойно продолжил свою речь.

— Русофобны слова твои, - повторил он, - Но так ли русофобны твои дела? Ибо коль скоро слова твои и дела твои расходятся, то это есть ложь. А ложь - это грех, что противен каждому истинному христианину.

Тут взор священника смягчился, и он с улыбкой произнес:

— А теперь, сын мой, ступай с миром и покажи этим пидорахам что такое гнев божий!


[ Комментировать ]


Рыбалка

Один человек всегда брал с собой на рыбалку жену. Его друзья не любили этого, ведь рыбалка издавна считалась чисто мужским делом, но вслух никто ничего не говорил. Просто никто не рыбачил с ним. И вот однажды человек спросил друзей:

— Почему вы избегаете рыбачить со мной?

— На рыбалке должна быть чисто мужская компания, иначе атмосфера не та, а твоя жена все портит.

— Зато благодаря жене я знаю, что каждая моя рыбалка будет удачной!

— И как же она тебе в этом помогает?

— Если в какой-то день улова не будет совсем, я всегда буду уверен, что вместе с женой смогу поймать вялого.


[ Комментировать ]


Криптовалютная история

Криптовалютная история.

Из-за того что отец не работал и беспробудно пил в семье девочки каждый день случались скандалы. Каждый вечер он напивался и начинал доебывать мать. Ее мать работала торговкой биткоинами на базаре, на этом и строилась линия обвинения:

— Сука ебаная, ну кто на ебаном базаре купит у тебя ебаные биткоины? Откуда у тебя вообще биткоины? Ты же блять даже кошелек не настроишь, не найдешь куда номер телефона вводить и забьешь! Да ты даже не знаешь что там номер телефона вводить не нужно, овца ты тупая!

— А откуда у тебя, мудозвона, деньги, чтобы наебениваться каждый день, если ты вообще не работаешь?

Так они вяло переругивались какое-то время, а потом замолкали. Им обоим было понятно, что автор толком не продумал второстепенных персонажей, которыми и они и являлись. Они втайне надеялись, что хотя бы их дочери достанется более продуманная сюжетная канва без логических дыр. Но дочь лишь пожимала плечами, поскольку ее роль все не подходила и не подходила. И не удивительно.

Ведь главным героем этой истории был криптовалютный хуесос прогуливающийся под окнами общаги, где жила несчастная семейка. В отличие от матери девочки, криптовалютный хуесос умел таки устанавливать кошелек. Более того, криптовалютный хуесос даже умудрился накупить битков когда те продавались по паре баксов. Поэтому то, что автор называл его криптовалютным хуесосом раз за разом, криптовалютного хуесоса ни капельки не трогало.

Слушая ругань семейки выдуманной для контраста с ним, и радуясь этому с ней контрасту, криптовалютный хуесос улыбаясь направился прогуляться в ближайший парк. Парк как будто специально оказался рядом, потому что пространно описывать приключения криптовалютного хуесоса автору было скучно. Прогуливаясь по парку криптовалютный хуесос заметил кафешку. Он уже подумывал пройти мимо, но его привлекла надпись сделанная на засранной картонке. Надпись гласила: “Принимаем биткоины.”

И вот уже довольный криптовалютный хуесос сидит и попивает смузи в этой кафешке, ведь не каждый день удается расплатиться биткоинами в реальной жизни! Если конечно не торговать ими на базаре. Допив смузи, криптовалютный хуесос попросил официантку принести ему счет. И через пару минут она принесла чек, на котором был напечатан QR-код кошелька заведения.

— Вот ваш счет, господин криптовалютный хуесос, - вежливо сказала девушка.

Криптовалютный хуесос поблагодарил ее, поставил максимальную комиссию для скорости, и, отправив сумму на указанный кошелек, стал ждать пока пройдет транзакция. Но вдруг улыбка сползла с его лица. Он подозвал официантку еще раз и спросил:

— Скажите, а почему и вы называете меня криптовалютным хуесосом? Вы что, заодно с автором? — Нет, все гораздо проще! - рассмеялась в ответ девушка - Дело в том, что вы, оплатив смузи криптовалютой, потеряли на комиссии в несколько раз больше чем стоимость самого смузи. — Вы наверное путаете меня с криптоанархистом, это они ратуют за повсеместное внедрение крипты, в упор не видя ее недостатков… — Нет, нет! Ни в коем случае. Криптоанархисты - хуесосы по определению, даже вы понимаете, что они хуесосы. Тут дело в другом. Помните, ту семью из самого начала? — Конечно помню, но причем тут они? — Вы живете в пидорашьей парадигме бытия раз уж пересекаетесь с такими людьми, раз уж мы с вами говорим по-русски, раз уж сам автор - пидораха. Если он конечно не возражает.

Автор не возражал, и официантка продолжила:

— Находясь в рамках пидорашьей парадигмы, переплатив вы стали лохом, вас выебали в жопу, вы насосались хуев и так далее. Пидорахи, хуи, анусы, понимаете? Криптовалюта тут вовсе ни при чем. То что мы все называем вас криптовалютным хуесосом не более чем уточнение. Не важно сколько у тебя биткоинов, если кругом пидорахи, - философски закончила мысль официантка.

Криптовалютный хуесос задумался, в словах официантки была доля правды. От этих мыслей его отвлекло уведомление от смартфона. Транзакция прошла, и факт переплаты был зафиксирован в блокчейне надолго. Криптовалютный хуесос молча встал из-за стола и поплелся к выходу. Послевкусие от свежевыпитого смузи отдавало немытой хуятиной, а между зубами что-то застряло.

— Это шкурка от хуя! - радосто уточнила официантка.

Криптовалютный хуесос хотел было возразить, что это все смузи и дело в плохом блендере, но передумал. Смузи был размолот идеально.


[ Комментировать ]


Молодой пророк

Сыну часто снились кошмары. Будучи набожной женщиной и любящей матерью она знала, что это неспроста. Наверняка, думала она, сыну снятся страшные пророчества и открываются картины будущего. Такое самому Иоанну Богослову не виделось с его Апокалипсисом.

— Пидорахи… пидорахи… - бывало часто стонал во сне ее мальчик. Мать не знала кто такие пидорахи, но чувстовала что наверняка так назывались демоны, что являлись ее чаду во снах. Своим появлением они должны были не дать будущему пророку узреть картины грядущего и даровать спасение людскому роду.

Но сомнения закрались в сердце матери - лишь о пидораха грезил ее сын во сне, как будто бы ничто другое не могло явиться его взору. А что если ее сын наоборот, одержим сатаной? И мать стала приставать ему с вопросами, что ему снится. Сын отвечал уклончиво, не желая посвящать пидораху-мать в подробности, говоря что ничего отличного от будничных картин ему не снится. От чего мать испугалась еще сильней, думая, что демоны преследуют сына уже и наяву. Цепляясь за последнюю надежду, она спросила, не ангелы ли господи являются и рассказывают ему о страшных картинах грядущего.

— Нет, мать, кругом одни лишь пидорахи.


[ Комментировать ]


Семейное дело

Посреди полутемного курятника понуро стоял мальчик, сжимая в руке хворостинку. Он пытался бить кур, но они казалось не замечали его слабых хлестков. Мальчик плакал от собственной беспомощности. Куры с злорадной ехидцей смотрели на него, зная что сегодня это сойдет им с рук. Даже петух, которому обычно хватало смелости таращить только свое дупло, вытаращил на мальчика глазенки и едва только не победно кукарекал. Мальчик думал об отце. Обессилевший, бледный отец семейства, который еще недавно сиял здоровьем, выбивая из кур яйца вместе с перьями и говном, теперь сутками лежал в постели. Мальчик закрыл покрасневшие от слез глаза и предался воспоминаниям о тех счастливых днях, когда отец еще мог содержать семью.

Перед рассветом, сквозь сон мальчик слышал, как отец целовал маму и говорил что идет доить кур. Спать дальше было бесполезно: катастрофа в курятнике, намечавшаяся на ближайшие 15 минут разбудила бы любого. Просыпались и соседи. Раньше они жаловались на шум по утрам, но отец сказал, что если те не отстанут, то он подоит и соседей. Соседи отстали.

Когда отец входил в курятник с бейсбольной битой, куры прекращали кудахтать. Да что там, даже единственный петух замолкал. Потом отец ставил биту рядом с дверью и разминал костяшки пальцев. Куры в спешке выдавливали из себя говно, зная, что за каждую каплю помета на яйце они ответят сполна. Петух лишь забивался под шконку и таращил оттуда дупло, в надежде на недолгую расправу. Потом отец читал утреннюю молитву, прося бога о богатом надое. Молились и куры, только лишь о том, чтобы пережить ближайшие минуты. Но вот подходило время - отец крестился, плевал на руки, и хватал биту покрепче.

И хуярил этих кур! Да хуярил так, что каждой пернатой сраке доставалось на орехи. И горе той наседке, что пыталась уклониться от доения - пиздюли настигали ее нещадно и в двойном размере. Бита легко порхала в мозолистых руках отца не давая куриным сракам пощады. Молчал лишь петух, надеясь что сегодня в суматохе его не заметят. Петуху, за то что он не несся, прилетало за четверых - отец помнил каждую курицу-должника, что накануне не снесла яйца. То, что петух не несется, отец, к великому сожалению петуха, запомнить не мог. Избиение продолжалось пока каждая курица не выдавливала из себя яйцо, а те что были не в силах нестись не теряли сознание под ударами биты. Вспотевший, но довольный, отец всегда выходил из курятника с полной корзинкой чистых яиц. Сейчас он поедет на рынок, чтобы продать их, и может быть на вырученные деньги купит мальчику гостинец за очередную принесенную из школы пятерку…

Но это была раньше, теперь куры не неслись. Уговоры не действовали, лучшие корма уходили в говно. И все это происходило тогда, когда отцу срочно нужны были деньги на операцию. Заплаканный мальчик, тщетно пытавшийся образумить кур, последний раз всхлипнул, отбросил бесполезную хворостину и пошел домой. Там он застал печальную картину. Мать, вся в слезах, причитала у изголовья кровати мужа.

— Они меня не слушают! Я всего лишь женщина. Да, они несутся когда я бью их, но нехотя и редко. Они мажут яйца говном в бессильной злобе. Люди это увидят и не будут их покупать! Ведь все знают, что настоящая еда должна быть сделана с любовью! О сыне я даже не говорю: он не то что к курам подхода не найдет, его петух вторым петухом сделает! Ах, милый, что же нам делать… - осеклась мать, увидев стоявшего в дверях сына.

Мальчик все слышал, горькая обида захлестнула его от услышанного. Но сильнее обиды взыграла в нем решимость. “Сейчас или никогда думал” - решил он и вышел вон. Слова матери задели его за живое, и не было теперь на свете силы способной остановить его. Кроме петуха в курятнике, конечно. Мальчик направился в сарай, где помимо садового инвентаря хранились и семейные реликвии, на которых несколько поколений зиждилось благополучие семьи. Отцовская бита, дедова лопата, нагайка прадеда. Все это было не по силам нашему маленькому герою. Но он знал, что нужно непременно найти свой подход к курам. Орудие, с которым он сможет эффективно управляться, хуяря пернатую мразь, не причиняя ей при том смертельных увечий. Но вот на верстаке он заметил 2 больших ржавых вентиля от старых кранов. Мальчугана озарило, и уже через миг его руки украшали 2 импровизированных кастета. Вооруженный и обнадеженный, наш герой вышел из сарая, чтобы вновь проведать кур.

Петух презрительно посмотрел на зашедшего в курятник мальчика. Презрение было таково, что он тут же бахвально закудахтал и отвернулся. А потом и вовсе стал небрежно откидывать лапами сор в сторону мальчика, показывая тому свое отношение. Это и стало для петуха роковой ошибкой. Потому что через миг он обнаружил себя уже не бахвально кудахтающим, а кукарекающим фальцетом. Именно такой эффект оказала рука мальчика с кастетом, наполовину погрузившаяся в петушиное гузло. Петух понял свою ошибку, но было уже поздно - рука вместе с кастетом застряла в петушиной заднице. Единственным утешением для него служила лишь мысль, что, поскольку природе своей он не несся, то это был первый предмет такого размера побывавший внутри него. Но еще через миг петух подумал, что лучше бы он все таки несся, а еще лучше - не рождался петухом, а совсем хорошо - не рождался бы вовсе в курятнике этой ебанутой семейки.

О чем думали куры в данный мы можем только догадываться. Однако многочисленные шлепки помета об пол были отчетливо слышны в зловещей тишине, повисшей когда петух сорвал наконец глотку. Это значило только одно - куры думали в привычном для доения русле. Мальчик понял, что самое трудное уже позади и даже застрявший на правой руке петух ему не помеха, с курами он сможет разделаться одной левой. И курятник наполнился привычным кудахтаньем и глухими ударами.

Услышав шум во дворе родители поспешили прочь из дома. Но когда отец с ружьем, опираясь на плечо жены, подошел к двери курятника, навстречу ему вышел сын. На его правой руке трепыхался чуть живой петух, а в левой он держал корзинку доверху забитую белоснежными яйцами. Мать ахнула глядя на это, а отец дрожащими руками опустил ружье, чтобы опереться еще и на него. По впалым отцовским щекам текли слезы.

— Папа, почему ты плачешь? Что я сделал не так? - смутился мальчик.

— Все нормально, родной мой, папа плачет от счастья! - радостно ответила мать.

Но тут отец поднял дрожащий палец вверх и сказал:

— … Не от счастья. Я плачу от гордости… от гордости за то что смог воспитать такого сына… Только вытащи наконец свою руку из курицы, пока та не отдала богу душу. Эта курица задолжала мне очень много яиц.


[ Комментировать ]